Назаренко: Covid-19 – не обычный грипп

– Какова на данный момент наполняемость койко-мест в отделении для больных Covid-19?

– Наполняемость варьируется, так как первоочередная функция отделения – исключить наличие заболевания у пациента с подозрением на Covid-19. Сама больница может проводить тесты на Covid-19 в очень ограниченном количестве. Обычно мы получаем ответы на следующий день, потому что анализы проводит лаборатория в Риге. Пока определяется наличие или отсутствие инфекции, пациент находится в нашем отделении, один в палате, изолированный от остальных, чтобы ограничить распространение вируса. Но периодически складывается ситуация, что свободных коек на первом этаже не остаётся, и тогда мы начинаем принимать и пациентов с диагнозом Covid-19. Соответственно число пациентов увеличивается. Такие ситуации возникали несколько раз. Сначала – под Рождество, потом – в феврале. И сейчас в нашем отделении в отдельных палатах находится несколько больных. Большинство из них либо выписываются, либо переводятся в другие палаты, если у них не диагностирована инфекция Covid-19.

– Сколько пациентов с коронавирусом прошли лечение в нашей больнице?

– С начала сентября, когда в больницу поступил первый пациент с COVID-19, у нас лечилось более 500 человек.

– Поступают ли с инфекцией и молодые пациенты?

– Пациенты 30–40 лет – не редкость. И не всегда у них есть серьёзные хронические заболевания. Человек жил нормальной жизнью, считал себя здоровым, но заразился Covid-19 и серьёзно заболел. Невозможно предсказать, у кого будет тяжёлое течение болезни, а у кого нет. Этого не предугадать ни по анализам, ни по радиологическим исследованиям. Были случаи, когда человеку с обширным поражением лёгких не был нужен дополнительный кислород, его выписывали из больницы счастливым и здоровым. Но иногда больных с, казалось бы, незначительным поражением лёгких помещают в реанимацию с искусственной вентиляцией лёгких. Время, проводимое в больнице, разное. Пациент обычно лежит в больнице от семи до десяти дней. Тяжёлые пациенты дышат кислородом в среднем от пяти до семи дней, а затем в течение ещё нескольких дней мы убеждаемся, что пациент чувствует себя хорошо, что у него нет симптомов острой инфекции, что ему хватает кислорода, у него нет температуры или других серьёзных симптомов. Затем его выписывают из больницы. Конечно, после Covid-19 бывают разные последствия – пациент может испытывать длительное бессилие, головокружение, у него может сохраняться одышка. Всё это субъективно и часто может быть преодолено только после курса реабилитации. Несколько пациентов рассказывали мне, что после реабилитации им становится лучше, можно жить нормально.

– Много ли пациентов поздно обращаются к врачам, запуская болезнь?

– Это можно сказать о любом заболевании. Всё зависит от человека. Есть люди, которые действительно затягивают до последнего. Есть и такие, кто при повышенной температуре сразу бежит в больницу. В принципе, в этом плане коронавирус ничем не отличается от других болезней. Но именно с ковидом человек может даже не почувствовать кислородного голодания. При нехватке кислорода человек становится некритичным. Он не понимает, что с ним происходит, и может даже впасть в эйфорию. Следовательно, существует риск запоздалой госпитализации пациента.

– Как близкие могут распознать кислородное голодание и понять, что члена семьи нужно немедленно передать в руки врачей?

– Наиболее очевидный признак – тяжёлое дыхание. При выполнении каких-либо повседневных дел человек внезапно останавливается, ему нужно отдохнуть. Может быть и наоборот – человек ведёт себя подозрительно хорошо, находится в какой-то эйфории, счастливом неведении. В других случаях наблюдается сонливость. Это уже следующий признак после вышеперечисленных. Человека клонит в сон, он не хочет ничего слышать. Он вроде бодрствует и даже разговаривает, но всё время смежает глаза, прикрывается одеялом. Тогда надо действовать неотложно.

– Постоянно ли в вентспилсской больнице лежат тяжёлые пациенты, подключённые к кислородным аппаратам?

– Да, конечно. У нас шесть коек интенсивной терапии непосредственно для пациентов с Covid-19, и по крайней мере половина из них ежедневно занята. Недавно нашим отделением были приобретены две назальные канюли высокого потока, которые позволяют обеспечивать более эффективную доставку кислорода, аналогично тому, как это происходит в интенсивной терапии. Если канюли уже использовались, пациентов с тяжёлым течением болезни следует переводить в отделение интенсивной терапии.

– Часты ли летальные исходы?

– К сожалению, случаев смерти хватает. Конечно, в основном это пожилые пациенты с хроническими заболеваниями, но есть и молодые люди. Борются они дольше – две недели, а то и месяц. Но если поражение лёгких действительно очень сильное, то и у молодых иссякают силы.

– Бывают ли положительные случаи, когда пациент выкарабкивается из, казалось бы, безвыходной ситуации?

– Несомненно, у нас есть ряд таких случаев. Например, в апреле было три таких пациента, которые прошли интенсивную терапию с искусственной вентиляцией лёгких, а затем перевелись в терапевтическое отделение, где продолжили очень длительный курс реабилитации. Они ещё долго вдыхали кислород и все трое также прошли реабилитацию в Вайвари. Один из этих пациентов приходил в больницу, чтобы поблагодарить врачей. Это наши истории успеха. Конечно, среднетяжёлых пациентов выписываем каждый день. У них более лёгкое течение болезни, и они быстрее выздоравливают.

– Как себя чувствуют сотрудники, длительное время работающие в условиях повышенного стресса?

– Самое большое выгорание произошло в момент, когда несколько врачей заболели Covid-19, и другим пришлось взять на себя дополнительную нагрузку. Пик пришёлся на Рождество. Пока что это был самый тяжёлый период. Сейчас все врачи – переболевшие или привитые – в строю, работа продолжается в повседневном режиме. Мы уже привыкли к Covid-19. Знаем, как лечить и как действовать. Знаем, что велика вероятность того, что у пациента всё будет хорошо. Ведь самые плохие случаи бывают редко. И пациенты чувствуют себя спокойнее. Пациенту очень важно знать, что всё будет хорошо, что он поправится.

– Все ли медики вакцинированы?

– Частично. У каждого свои причины, в том числе некоторые откладывают вакцинацию, потому что уже переболели, а иммунитет сохраняется минимум полгода. На мой взгляд, на ситуацию во многом влияет то, что СМИ и комментарии в Интернете усиливают негативное отношение к вакцинации. Один напишет отрицательное мнение, а другие тут же его поддерживают – что-то слышали, где-то читали. У одного из тысячи вакцинированных возникли осложнения, и считается, будто всему виной вакцина. Люди находят виноватого – в данном случае вакцину – и с радостью сообщают всем остальным. Многие говорят, что это обычный грипп. Возможно, сначала болезнь напоминает грипп, но я не помню ни одного года, когда инфекционному отделению приходилось занимать два этажа для лечения вызванной гриппом пневмонии. Covid-19 вызывает больше осложнений, причём тяжёлых. Поэтому могу подтвердить, что эта инфекция не является обычным гриппом – она определённо более опасна.

– Не могли бы Вы как врач объяснить, почему надо прививаться? Что это даёт лично человеку и обществу?

– Прививка даёт ощущение безопасности. Конечно, это не значит, что теперь можно ходить по отделению без маски и защитного костюма. Но в целом есть уверенность, что могу навещать своих родственников и не заболеть в тяжёлой форме. Ежедневно вижу тяжёлых пациентов и знаю, как может быть. Что это даёт обществу? Есть часть населения, которую нельзя вакцинировать, потому что у человека аллергия на какой-либо компонент вакцины или слабый иммунитет. Таким людям остаётся полагаться на то, что остальная часть общества будет достаточно ответственной, пройдёт вакцинацию и защитит себя от инфекции Covid-19. В мировой истории вакцинация неоднократно зарекомендовывала себя как эффективный метод. Но люди быстро забывают всё плохое, то, что в прошлом умирали от дифтерии, полиомиелита и других опасных инфекций. Сейчас об этих болезнях забыли, кажется само собой разумеющимся, что их больше нет.

Медики рекомендуют:

Заведующая педиатрической службой Иева Озола: «Хочу обратиться к родителям и педагогам, работающим с детьми и молодёжью, с просьбой вакцинироваться от Covid-19. Дети переносят Covid-19 очень легко, даже незаметно, но осложнения от перенесённой инфекции могут быть тяжёлыми. Вакцинация – единственный способ защитить своих детей».

Заведующий Курземским глазным центром Каспар Озол: «Я призываю к вакцинации против инфекции Covid-19. Я сам вакцинировался в первый же день, как только в Латвии стала доступна вакцина. Считаю, что вакцинация – единственный способ вернуться к нормальной жизни, посещать публичные мероприятия и путешествовать».