Спасали судно от пенсионеров-охранников

В его экипаже есть человек, который участвовал в становлении уникального судна. Это старший механик Юрий Шустов (на снимке).

В октябре 1993 года Юрий Шустов и его коллега Валерий Гаврищук должны были пригнать из Архангельска – порта на российском побережье Белого моря – в Вентспилс судно-землесос Соловецкий, которое Управление Вентспилсского свободного порта (ВСП) купило у Северного морского пароходства. Вспоминая об этом путешествии, Юрий Шустов рассказывает:

– Когда мы прибыли в Архангельск, там уже лежал снег. Судно Соловецкий было на консервации и стояло на приколе. У него уже не было экипажа, и сам землесос был в нерабочем состоянии. Осмотрев судно, я решил, что его можно оживить. Следует сказать, что в Архангельске Соловецкий охраняло несколько пенсионеров. Узнав, что пароход продается, они решили снять с него все, что можно – на запчасти. Пришлось купить водки и поить пенсионеров-охранников две недели, чтобы они не смогли осуществить свои планы.

Когда все формальности были улажены, Соловецкий на буксире отправился в Вентспилс. До Ленинграда нас тащил архангельский буксир, а от Ленинграда до Вентспилса – эстонский. Нам предстояло пройти длинный маршрут: Архангельск – Двинская губа – Белое море – Онежская губа – Беломоро-Балтийский канал – Онежское озеро – река Свирь – Ладожское озеро – Ленинград – Финский залив – Балтийское море – Вентспилс. По дороге мы поняли, что не укладываемся в разрешенные сроки транспортировки судна. Поэтому решили, что, пока судно идет до Ленинграда, я сойду на берег и сухопутным транспортом доберусь быстрее, чтобы продлить срок транспортировки и получить разрешение на стоянку в северной столице России.

В Беломоро-Балтийском канале на шлюзах я вышел на берег и поехал вперед. Приехал в Ленинград, пошел по чиновникам выбивать нужные мне разрешения. Никого там не знал, поэтому пришлось заплатить кому-то 100 долларов, чтобы попасть в нужный кабинет и получить нужные нам бумаги. В то время 100 долларов были большие деньги! Соловецкому дали разрешение на стоянку у причала Угольный. От Ленинграда до Вентспилса нас тащил эстонский буксир Том.

А вскоре Соловецкий отправился из Вентспилса в Голландию на реконструкцию и перестройку. И снова мне пришлось сопровождать судно. В Голландию нас тащил вентспилсский буксир Марс. Шли по маршруту Вентспилс – Балтийское море – Кильский канал – Северное море – Роттердам. В Голландии землесос разобрали по частям и развезли по всей стране – на несколько судоремонтных заводов. А корпус судна разрезали пополам, половины растащили на тележках в разные стороны, а позже привезли готовый отсек и приварили посередине. За счет этого землесос стал длиннее на 12,5 метра. Однажды приезжаем на завод, а наш пароход стоит огороженный заградительными лентами, на которых написано Радиация! Вокруг судна специалисты ходят в противорадиационных скафандрах. Мы сначала ничего не поняли, а потом нам объяснили. Оказывается, изоляция выхлопных труб на судне была сделана из асбеста, который в Евросоюзе считается радиационным материалом. Все вокруг удивлялись и не могли понять, почему мы не опасаемся радиации и находимся у судна без защитных костюмов!.. Из Голландии в Вентспилс возвращалось уже совсем другое судно – новый землесос Дзелме.