Возили с рейда на берег

Сейчас Евгений Башкинов возглавляет Общество пенсионеров порта, он и сам уже давно на заслуженном отдыхе. Ветеран отработал в порту 35 лет, последние годы до выхода на пенсию в 1990 году Евгений Башкинов работал матросом на пассажирском катере Горизонт. Основной задачей катера была перевозка пассажиров с судов, стоявших на рейде, на берег и обратно. В те годы в порт заходило больше судов, чем теперь, поскольку они были меньшей грузоподъемности. Моряки томились в ожидании захода судна в порт, но не могли сойти на берег раньше, чем судно пройдет досмотр. «Прибегали к нашей помощи – просили, чтобы мы доставили на судно представителей портовых властей и инспектирующих учреждений», – рассказывает Башкинов.

Пассажирский катер Горизонт доставлял на судно представителей официальных служб, а обратно на берег вместе с ними вез и экипаж судна. А вечером членов экипажа тот же Горизонт доставлял обратно на судно. Горизонт подвозил также продукты на суда, стоявшие на рейде. Горизонт возил на работу и сотрудников Вентспилсского рыбоконсервного комбината, когда катер предприятия был на ремонте. Стоянка катера располагалась за Вентским мостом. В 90-е годы Горизонт передали Вентспилсскому яхт-клубу, а после его закрытия – отправили в Рижский яхт-клуб, – рассказывает Башкинов. ˜

Спасали суда, поднимали мины

Большая часть трудовой биографии Евгения Башкинова прошла... под водой. Прежде чем возить пассажиров с судов на берег и обратно, портовик много лет отработал водолазом, проведя под водой в общей сложности около 12 тысяч часов.

В 50-е и 60-е годы, когда Башкинов работал в порту водолазом, в аванпорту на дне еще находили мины времен Второй мировой войны. Особо большую угрозу мины стали представлять при дноуглублении накануне строительства новых причалов и нефтепирсов. После того как Черноморское дноуглубительное судно подорвалось на мине прямо в порту, за обследование дна взялись серьезно. Поднимать мины со дна пришлось и водолазу Башкинову. С внешней стороны Северного мола водолазы нашли гальваноударную рогатую мину, при поднятии которой пришлось рисковать своей жизнью, – вспоминает ветеран.

Водолазы участвовали и в спасательных операциях. Как-то в аванпорту шведское судно пережидало у буя шторм. От ударов корпуса судна о буй образовалась пробоина. Башкинов участвовал и в спасении, и в ремонте судна. Однако самые большие премии за эту операцию получило начальство, – усмехается ветеран. Недалеко от Ужавы затонул небольшой финский сухогруз, перевозивший доски. Водолазы обследовали затонувшее судно, но так и не нашли останков членов экипажа. Возможно, им удалось каким-то чудесным образом спастись. У самых морских ворот как-то во время шторма сел на мель сухогруз, который вез в Вентспилс каменный уголь. Экипаж эвакуировали, а само судно под ударами волн разломалось.

Пришлось его взрывать и поднимать по частям, – рассказывает ветеран. Днище судна до сих пор лежит на дне у Северного мола, – предполагает Башкинов. За всю свою карьеру водолаза ему пришлось поднимать из воды 15 утопленников. А максимальная глубина, на которую опускался в море Башкинов, составляла 50 метров. ˜