Почему про судно говорят "она"?

До этого работал штурманом на танкерах и банановозах. Если сравнивать обе должности, то работа лоцмана намного ответственнее. Штурман всегда может обратиться за помощью к капитану, а у лоцмана сам капитан просит помощи. Лоцман – это специалист, который лучше других знает местные условия в порту. Он должен уметь общаться на нужном языке с капитаном и командой буксиров. Мои рабочие языки – латышский, русский и английский. При этом надо владеть не только терминологией. Когда лоцман поднимается на капитанский мостик, первое, с чего ему нередко приходится начинать, это с успокоения капитана. В таких случаях помогает... анекдот. Поднимаясь на борт американского судна, я всегда спрашиваю капитана, знает ли он английский. И это не шутка – по-американски многие морские команды звучат иначе, нежели по-английски.

С технической точки зрения работать сейчас намного легче и безопаснее, чем 25 лет назад. Порт оснащен хорошими буксирами, навигационным оборудованием. Но, с точки зрения параметров, лоцманам теперь работать сложнее. Когда я пришел в порт, самые крупные нефтетанкеры типа Неруда имели длину 195 метров, сухогрузы – 185 метров.  Теперь в порт заходят крупные суда не только по длине, но и по ширине. Мне приходилось заводить в Венту судно шириной 43 метра при разрешенных 32,2 метра. Это было самое широкое судно в Венте за всю историю! Выводил из Венты и американское транспортное судно длиной 250 метров. Это был самый сложный случай за всю мою лоцманскую практику. Комплексная конструкция судна закрывала обзор. Ориентироваться помогал экипаж буксира.

Несколько раз приходилось работать в условиях шторма, когда против лоцмана – не только ветер, но и течение. По книгам научиться профессии лоцмана невозможно – только на практике. Помню, за первый год работы лоцманом завел в порт и вывел из него более 1 000 судов. Первый месяц лоцман работает только в паре с более опытным коллегой – ошибки лоцмана могут очень дорого стоить. В нашей работе нередко счет идет на секунды, поэтому у лоцмана на каждую операцию в запасе должны быть как минимум два варианта действий. Теперь я учу молодых лоцманов тому же, чему в свое время учили меня: для лоцмана не бывает маленького или большого судна. У англичан есть такая поговорка: «Why the ship is called she?» – Почему про судно говорят «она»? Потому что судно требует к себе такого же внимательного и бережного отношения, как женщина.

Андрис Лаздиньш,

самый опытный лоцман в Вентспилсском порту.